— Павел, прежде всего, хочу поздравить вас с рождением сына. Желаю, чтобы он радовал родителей и чтобы у него все было хорошо.
— Большое спасибо. Искренне благодарен за добрые слова.
— В каких мероприятиях активисты движения «Свободная Ингрия» принимали участие в последнее время и каковы планы на ближайшее будущее?
— После начала российско-украинской войны наша основная площадка для общения с зарубежными коллегами и экспертами — Форум свободных народов и регионов Пост-России. На нем мы последние три года представляем движение «Свободная Ингрия». Кроме того, мы регулярно участвуем в Вильнюсском форуме Свободной России Гарри Каспаровым. Несмотря на разногласия с некоторыми спикерами, мы ценим его антиимперскую позицию и поддерживаем рабочие контакты. Осенью снова примем участие в форуме свободных народов Пост-России — традиционно делегация движения «Свободная Ингрия» наиболее многочисленна на Форуме, от пяти до десяти человек. Форум, вероятнее всего, состоится в одной из стран Северной Европы. Также сейчас мы, группа координаторов движения, начали подготовку к созыву учредительной конференции общественно-политического движения «Свободная Ингрия» для предоставления ему официального статуса. До сих пор это было горизонтальное сетевое движение, но сейчас мы видим необходимость создания юридического лица для взаимодействия с европейскими и американскими политиками. В России это нереально. Будем делать это в одной из стран Европы.
— Какие регионалистские движения в России, по вашему мнению, сегодня имеют наибольший потенциал поддержки?
— Сейчас оценивать реальную поддержку в России идей регионализма (как и всех остальных) очень сложно. В стране действует тоталитарная машина, которая «закатывает в асфальт» любое инакомыслие. Если говорить о перспективах, то серьезные региональные политические силы, кроме Ингрии, могут появиться в Карелии, Калининграде, Татарстане, Башкортостане, Сибири. Движения за независимость в этих регионах имеют историю и политический опыт. Когда центральные власти ослабеют, запрос на регионалистские идеи будет максимальным.
— Давайте перейдем к теме инфраструктуры. Как вы оцениваете значение порта Усть-Луга и других терминалов Ленинградской области для режима Путина? Может ли их блокировка вызвать кризис?
– Безусловно. Порт Усть-Луга – крупнейший нефтеналивной терминал, Приморск – главный газовый порт. Несмотря на переориентацию экспорта в Китай и Индию, именно Ингрия (Ленинградская область) остается ключевым маршрутом поставки нефти и газа в Европу. Это критически важные узлы, и поражение этих объектов явилось бы серьезным ударом по российской экономике.
– Санкт-Петербург – крупный центр российского ВПК. Насколько оборонные предприятия города уязвимы для санкций?
— Для международных санкций уязвимы все предприятия Санкт-Петербурга и Ингрии. Но сегодня только санкций недостаточно. Более того, я не скрываю: независимость Ингрии станет реальной только в случае серьезного военного поражения России. Война должна непосредственно затронуть Санкт-Петербург, иначе его жители не осознают, что происходит. Сегодня большинство петербуржцев живут привычной мирной жизнью – война для них остается где-то далеко. Это должно измениться. И именно предприятия, работающие на войну, а также порты Усть-Луга и Приморск, должны в первую очередь стать целями военных атак.
— Вы также известны как футбольный болельщик. Что для вас сегодня означает Зенит?
— Я болею за Зенит всю жизнь, как мой отец и дед. В 90-х и начале нулевых «Зенит» был символом «особенности» Санкт-Петербурга, можно сказать, почти «национальной идеей Ингрии». Но с тех пор как владельцем клуба стала госкорпорация «Газпром», команда превратилась в орудие имперской пропаганды России, а прикормленное руководством «Газпрома» фан-движение «Зенита» страшно деградировало. Сегодняшний «Зенит» — это, к сожалению, «Зомби-Зенит», а его фанаты превратились в филиал «Молодой гвардии «Единой России». Мучительно и противно на это смотреть. Я сейчас не слежу за российским чемпионатом.
— Как вы оцениваете сегодня фанатское движение и участие его представителей в войне?
— Движение футбольных ультрас по определению очень пассионарное. И авторитарные российские власти пытаются эту пассионарность использовать в своих целях. Существует так называемое «боевое подразделение «Эспаньола» — инициатива московских ультрас, где скелет составляют фанаты ЦСКА, «Спартака» и «Динамо». Не очень умные фанаты «Зенита» тоже туда попадают, в основном, как рядовые бойцы. Я регулярно вижу новости о погибших на фронте ультрас, но эмоций это у меня уже не вызывает. Фанатская среда в России сегодня полностью контролируется государством, вербовка идет активно, особенно среди молодых и зажигательных ребят — мое поколение давно ушло из фан-движа, а нынешнее полностью под контролем кремлевских властей. Это очень досадно, но такова реальность.
— Спасибо за откровенный разговор.
— И вам спасибо, до свидания.
