Поздний февральский вечер, почти ничего не видно. Под звуки арты быстро выгружаемся с М113, выдвигаемся на позиции. Задача – сменить бойцов и продержаться до утра. Сейчас в том числе от нас зависит судьба отходящих из Авдеевки побратимов. Мы чувствуем, что выполним задачу во что бы то ни стало.
Наш окоп идёт вдоль посадки, немного выдаваясь в поле. В самой посадке тоже наши, смежники. А в другой, идущей перпендикулярно, уже враги. Много. Атаковать наши позиции могут сразу с нескольких сторон.
Враг не заставляет себя ждать. В нескольких десятках метров по посадке в нашу сторону движутся силуэты. Солдаты путинской армии пришли сюда, чтобы убить нас. А потом пойти дальше – в украинские города, чтобы убивать, грабить, насиловать, разрушать жизни людей и животных уже там. И поэтому тут не может быть сомнений и сожалений, что нам придется уничтожить их. Моя немецкая «машинка» MG5 даёт очередь за очередью, стреляет сидящий рядом «Тихий», стреляют побратимы, стреляют смежники. В нас летят пули из десятков стволов, раздаются взрывы. Вскоре первая волна имперских штурмовиков отхлынула, оставив после себя своих 200-х.
Через считанные минуты следует новая атака. На этот раз пули бьют по брустверу окопа со стороны поля. Замысел врага ясен – под прикрытием своего огня подойти к нам как можно ближе, закидать гранатами, добить из автоматов. Меняю позицию, разворачиваю пулемёт в сторону поля. «Тихий» остаётся с тепловизором на конце нашего окопа, обращённого в сторону занятой противником посадки – нападения следует ждать и оттуда. Несколько минут ожесточённого контакта, и натиск врагов начинает ослабевать. «Тихий» – зову я товарища вполголоса, — посмотри в теплак на поле, остался там кто?» Ответа не последовало. Тревожный знак.
Когда я подполз к «Тихому», он сидел головой вниз, уткнувшись лицом в бруствер окопа. Протокол MARCH, попытка привести в сознание – но ничто уже не могло помочь. Товарищ умирал.
Утром нас сменили, и мы понесли тело «Тихого» на эвак. На нём были обычные ЗСУшные пиксельные штаны, и под ботинками я заметил самые простые шерстяные черно-малиновые носки. «Тихий» не нажил богатств, но свой не очень долгий боевой путь он прошёл достойно. В полном соответствии со своим позывным он тихо, упорно, как мог, приближал победу украинского народа в этой войне. Мы все будем помнить, как он, мечтая стать снайпером, своё свободное время посвящал дополнительному изучению военного дела, как смело он вёл себя в своём последнем бою. Память о «Тихом» навсегда останется неотъемлемой частью нашего воинского коллектива. Мученики в борьбе за свободу не умирают.
Алексей Макаров, «Швед», командир боевой группы
Сибирский батальон
