Еще недавно требования колонизироавнных Россией народов чаще звучали на языке автономии, федерализма или защиты культуры. Сегодня все чаще появляется другое слово — деколонизация.
Новое исследование, опубликованное Cambridge University Press в июле 2026 года, показывает: после начала полномасштабной войны России против Украины деколониальная риторика заметно распространилась среди активистов и представителей этнических меньшинств РФ в цифровом пространстве.
Исследовательница выделяет три основных направления. Первое — политическое самоопределение, когда прежние требования автономии переосмысливаются как сопротивление колониальному господству Москвы. Второе — защита коренных культур, языков, исторической памяти и земель. Третье — исламский интеллектуальный дискурс, развивающийся среди части мусульманских сообществ в России.
Важно и то, что эта борьба больше не ограничивается территорией России. Диаспоры, цифровые платформы и транснациональные сети позволяют башкирам, татарам, саха, бурятам, чеченцам, коми и другим народам говорить о своих правах уже не просто как о «внутренней проблеме РФ», а как о вопросе самоопределения и деколонизации.
Это не означает, что все эти народы имеют одинаковые политические цели. Нет. Исследование подчеркивает различия между движениями. Но все чаще их объединяет понимание: имперская модель — не единственное возможное будущее.
Москва десятилетиями представляла народы своей имперской периферии лишь как «национальные меньшинства». Деколониальный дискурс возвращает им другую политическую субъектность — право быть народами, которые сами определяют свое будущее.
И именно здесь начинается главная перемена.
Империя слабеет не только тогда, когда теряет территории. Она слабеет тогда, когда подчиненные народы перестают считать ее своим единственным будущим.
