«Теперь под эту беду каждый удав может проглотить своего кролика, все спишется на
борьбу с терроризмом».
Лина Костенко
Государственный террор против всех неугодных, незаконные методы ведения войны, ядерный терроризм и ядерный шантаж стали фирменным стилем правления сорвавшимся с катушек режима Путина.
Репрессии и террор превратились как в единый метод управления внутри страны, так и в единый инструмент внешней коммуникации.
Но аксиоматично то, что в ответ на усиление государственного террора против «врагов», к которым причисляют всех неугодных, становится групповой или индивидуальный терроризм. Более того, лишив граждан права на мирный протест, режим не оставляет выбора в методах борьбы с ним.
Сфокусировав невероятную власть в своих руках, создав один из крупнейших в мире силовых аппаратов (около 5 миллионов человек принадлежат к силовым, специальным и военизированным структурам), выделив на нужды войны колоссальную сумму средств (почти половину государственного бюджета), Путин «просмотрел» теракт Москве 22 марта, унесший жизни более полутора сотен россиян и изрядно ударившего по его легитимности.
Режим проявил полную беспомощность в первые часы после совершения теракта, позволив нападающим спокойно выехать за пределы мегаполиса. Причем информацию о готовящемся теракте в людном месте западные спецслужбы присылали еще с начала марта. Однако одержимый навязчивой психопатической идеей войны с Украиной до конца Путин и его камарилья отмахивались от объективной информации, предоставленной западными спецслужбами. То, как легко представителям террористического сообщества ИГИЛ-Хорасан удалось проникнуть в сердце империи, показало деградацию силовых структур России на фоне их перенапряжения войной с Украиной.
И хотя режим в очередной раз попытается использовать теракт в «Крокус сити холле» в свою пользу (на России уже из всех утюгов, языками Путина, Патрушева, Бортникова и легионов говорящих голов безапелляционно обвиняют Украину и «ее западных хозяев»), пропагандивна мишура не решит проблемы.
А сейчас Россия стоит перед сложным выбором. Теракт в Москве разрушил шаткую идеологическую конструкцию о едином многонациональном российском народе.
После событий в «Крокус центре» по стране прокатилась волна ксенофобии. Идут облавы на так называемых нелегальных мигрантов. Поощряется спираль насилия. Показательная безнаказанная демонстрация пыток и садизма по отношению к задержанным поднимает волну бытовых погромов.
Российские шовинисты и имперцы требуют остановить безвизовый режим со странами Центральной Азии, главными донорами трудовых мигрантов. В России все больше раздаются призывы о необходимости возобновления смертной казни. Причем звучат эти тезисы даже из уст клоунов, которым недавно была отведена роль либеральных кандидатов на выборах. В шовинистическом угаре руководители регионов принимают решение о запрете на получение разрешений на труд и выдворение нелегальных и легальных трудовых мигрантов.
Страна, истощившая свой трудовой ресурс войной с Украиной, стоит перед тяжелой дилеммой. Дать возможность обществу спустить пар, выплеснув собравшийся негатив в слепую ненависть против «азиатов и мусульман» и потерять практически десятую часть трудовых ресурсов, выполняющих непрестижную работу за жалкую плату, или пытаться унять ситуацию, попав под удар и обвинение взбешенной толпы.
Очевидно, что Путин попытается использовать этот всплеск слепой ярости для мобилизации очередной волны войны с Украиной. Заявления о причастности Украины звучат именно потому, что предыдущий контингент, мобилизованный на войну и могилизированный мясными штурмами, заканчивается, а никаких очевидных пабед так и нет.
Однако, еще раз разогнав волну ненависти к «укронацистам» и их «хозяевам», Путин не решит внутренние проблемы, набирающие эффект снеговой лавины.
Погрузши в отношениях с дорогими товарищами из шиитского Ирана, Путин вызывает рост возмущение в традиционно преимущественно суннитском мусульманском сообществе России. Угрожающие заявления Кадырова только первый колокольчик. В связи с нехваткой личного состава для войны, Путин дал разрешение на формирование территориальных и национальных подразделений, в том числе мусульманских.
Очевидно, антимусульманская истерия будет радикализировать настроения среди этих структур. Показательно заявление Кадырова о том, что «чеченцы успешно борются с нацизмом и ничто не помешает так же успешно побороть националистические проявления внутри страны…, а с подстрекателями к этническим чисткам разговор будет коротким».
Антитаджикская истерия лишь усугубит проблему с радикализацией трудовых мигрантов из мусульманских стран. А это около 10% от числа обитателей России. Лишенные работы, преследованые по принципу коллективной ответственности миллионы трудовых мигрантов станут благоприятным полем для радикальной пропаганды и рекрутинга в террористические сообщества. Легкость, с которой удался теракт в Москве, будет поощрять и мультиплицировать к решительным действиям любительские и профессиональные сообщества террористов. А показательное насилие к задержанным, вина которых еще не доказана судом, будет только возмущать мусульманское сообщество и подстрекать к радикальным действиям.
Волна телефонных минований, призывов совершить теракт или присоединиться за вознаграждение к террористической группы (что вполне возможно есть следствием профилактической работы спецслужб) уже вызвала массовую общественную истерию, что лишь будет обострять общественное противостояние.
Силовики и их ФСБшная элита, пропустившие показательный теракт под носом, потребуют дополнительных полномочий и финансов, а еще усердно будут демонстрировать результаты, преимущественно сфальсифицированы. Перегруженная войной экономика получит еще большее обескровливание потребностями на внутреннюю войну.
Возможное ухудшение отношений с центральноазиатскими странами (по крайней мере, катастрофическое ухудшение общественного мнения по отношению к россиянам) может привести к геополитическому поражению еще в одном важном регионе. Недавно Путин уже получил громкую оплеуху на Южном Кавказе, потеря влияния над странами центральной Азии с возможным закрытием проекта ЕврАзЭС будет носить непоправимые последствия. А увязка страны в войне с Украиной не позволяет адекватно реагировать на какие-либо другие внешние вызовы.
Заявления вроде слов генпрокурора РФ Краснова, что преступность среди мигрантов в 2023 году выросла на 75% лишь подливают масла в огонь на кипящую сковороду.
Режим привычно будет прибегать к репрессиям. А чтобы немного снять общественное напряжение, плебс кормят видеокадрами с задержаниями и обысками «зажравшихся чиновников» среднего звена. Но репрессии это путь, чтобы загнать ситуацию в подполье, а не решить ее.
Сейчас у Путина сложный вопрос, пора ли поднимать сталинский тост «за великий русский народ», или еще раз попытаться погнать на войну с мифическим нацизмом за «православие», представителей «многонационального русского народа», например из буддистов бурят…
