С начала полномасштабного вторжения россии в Украину усилилось не только давление на политических оппонентов режима, но и началась системная кампания преследования тех граждан россии, кто имеет украинское происхождение или публично отождествляет себя с украинским этносом.
Одним из ярких индикаторов этой тенденции стал официальный список Росфинмониторинга — так называемый реестр экстремистов и террористов, а точнее метаморфозы происходящие с ним. По состоянию на 09 июля 2025 года в этом списке находится свыше 13 694 человек. Проведённый анализ показывает: до 30% лиц, а именно 4102 человек, включённых в этот список, являются гражданами российской федерации с украинскими фамилиями. Ещё около 20% — граждане Украины. Итого до 50% из всех «террористов и экстремистов» в рф являются украинцами.
Важно отметить тенденцию, что если до начала полномасштабного вторжения процент лиц с украинским происхождением и граждан Украины в реестре не превышал 5%, то после 2022 года он стал расти стремительно. Особенно сильно это заметно по регионам с исторически выраженным украинским присутствием.
Так например наибольшее количество записей в реестре людей с украинскими фамилиями — это выходцы из тех регионов россии, где украинцы традиционно проживали. Это касается следующих регионов:
Регионы Малинового Клина: такие как Краснодарский край, Ростовская область, Ставропольский край и другие;
Регионы Восточной Слобожанщины: Брянская, Белгородская, Воронежская, Курская области;
Регионы Зеленого Клина: Приморский край, Амурская область, Хабаровский край, Магаданская область, Сахалинская область и другие.
Кроме того, в этих регионах зафиксирован аномально высокий процент включённых в реестр — несоизмеримо больше, чем в большинстве других субъектов рф. По совокупности других признаков это указывает на предвзятый, выборочный характер репрессий.
Вот конкретное сравнение:
Население Нижегородской области составляет около 3 038 000 человек (2,08% от населения рф). Население Амурской области — около 754 400 человек (0,51% от населения рф). При этом в списке Росфинмониторинга числится всего 43 уроженца Нижегородской области (0,31% от общего числа террористов) и сразу 152 уроженца Амурской области (1,11% от общего числа террористов). Такое резкое несоответствие указывает на системную предвзятость и усиленное внимание к “неблагонадёжным” регионам, где сильна украинская идентичность.
Мы также провели исследование по регионам Дальневосточного Федерального Округа и установили, что по 11 регионам Дальневосточного федерального округа (ДФО) в реестре содержится 1 287 записей, что составляет примерно 9,4 % от общего числа всех записей.
Согласно официальным данным Росстата на начало 2025 года:
Население россии — 146 028 325 человек.
Население ДФО — 7 866 000 человек, что составляет лишь 5,39 % от всего населения страны.
Таким образом частота попадания в террористы на 1 миллион населения:
Нижегородская область — 14 человек;
Амурская область — 201 человек;
В среднем по ДФО — 163 человека;
Курская область — 97 человек;
Воронежская область — 62 человека;
Московская область — 17 человек;
Тверская область — 46 человек;
Тульская область — 42 человека;
Липецкая область — 37 человек;
Владимирская область — 46 человек;
Рязанская область — 44 человека;
Кемеровская область — 68 человек;
Иркутская область — 55 человек;
Красноярский край — 80 человек;
Республика Хакасия — 66 человек.
Очевидно, что Дальний Восток существенно перепредставлен в реестре Росфинмониторинга. Хотя на ДВФО приходится лишь 5,4% населения россии, доля упоминаний уроженцев Дальнего Востока в списке экстремистов и террористов достигает 9,4%. Это почти в два раза выше, чем можно было бы ожидать при равномерном распределении.
На примере сравнения двух регионов — Амурской и Нижегородской областей — наглядно видно эту предвзятость. Амурская область, с населением примерно в четыре раза меньше Нижегородской, имеет в реестре экстремистов и террористов более чем в три раза больше записей. Это демонстрирует значительное несоответствие и повышенную «представленность» жителей Дальнего Востока в таких списках.
Кроме того, такая тенденция сохраняется не только в других регионах Дальневосточного федерального округа при сравнении с регионами европейской части россии, но и в других регионах рф в которых присутствует большое количество граждан рф имеющих украинское этническое происхождение.
Вот например сравнение данных опять же по Нижегородской области и уже Курской и Воронежской области, где также традиционно проживает достаточно много украинцев. Население Нижегородской области составляет около 3 038 000 человек. Население Курской области — около 1 050 000 человек (0,71% от населения рф), население Воронежской области — около 2 260 000 человек (1,54% от населения рф),. При этом напоминаем, что в списке Росфинмониторинга числится всего 43 уроженца Нижегородской области, и при этом сразу 102 уроженца Курской области и 141 уроженец Воронежской области. Очевидно что такое резкое несоответствие указывает на системную предвзятость и усиленное внимание к “неблагонадёжным” регионам Восточной Слобожанщины, где также как и на Дальнем Востоке сильна украинская идентичность.
Факты озвученные выше могут свидетельствовать о:
Повышенном контроле и репрессиях в отношении этнических украинцев граждан рф;
Социально-политической напряжённости в данных регионах;
Злоупотреблениях при внесении людей в список;
Искаженном или избирательном применении закона.
Вот пример нескольких кейсов преследований граждан рф на почве украинской идентичности:
Наталья Романенко — этническая украинка из Хабаровского края. Её обвинили в подготовке теракта в интересах Украины и поместили в СИЗО вместе с супругом. По свидетельствам правозащитников, дело полностью сфальсифицировано: никаких доказательств вины нет, а главными “уликами” следствие называет её антивоенные высказывания и поддержку Украины. Следователи не раз подчёркивали её украинское происхождение и на процессах называли её “бандеровкой”.
Александр Димитриенко — этнический украинец, уроженец Воронежской области. Он был приговорён к 22,5 годам лишения свободы по обвинению в террористической деятельности. На деле всё сводилось к его антивоенным взглядам, контактам с украинскими активистами и открытой украинской самоидентификации. Его фамилия и происхождение стали отдельным объектом давления во время следствия и суда.
И таких дел в россии становится всё больше. В колониях и СИЗО по всей россии находятся сотни людей, которых репрессируют за украинскую фамилию, украинский флаг в соцсетях или позицию против войны. Большинство из них — граждане рф, и испытывают особое давление именно из-за своей этнической принадлежности.
Предвзятость при следствии и вынесении приговора
Один из наиболее тревожных аспектов репрессивной политики россии в отношении этнических украинцев — это систематическая предвзятость правоохранительных органов и судов при возбуждении уголовных дел, квалификации преступлений и вынесении приговоров. В последнее время можно наблюдать устойчивую тенденцию: этнические украинцы, оказавшиеся в поле зрения силовых структур, чаще других получают чрезмерно суровые обвинения и длительные сроки лишения свободы — даже при схожих или менее тяжких обстоятельствах по сравнению с другими подсудимыми.
На практике это проявляется в том, что одно и то же действие — например, поджог релейного шкафа или военкомата — может быть квалифицировано как «диверсия» или «порча имущества» в случае с российскими гражданами «без акцента на национальность». Однако, если фигурантом дела оказывается человек с украинской фамилией или украинской идентичностью, к нему сразу применяются обвинения в терроризме, государственной измене, создании экстремистского сообщества, работе с «украинскими спецслужбами» и т. д.
Такое избирательное правоприменение фактически превращает национальное происхождение в отягчающее обстоятельство. Примеров тому множество, и каждый из них яркий симптом глубоко укоренённой дискриминации. Ниже приведены конкретные кейсы, иллюстрирующие, как по отношению к этническим украинцам в россии применяется репрессивная логика, отличающаяся от общих стандартов даже авторитарной судебной системы рф.
23 мая 2024 года Второй Западный окружной военный суд приговорил 35-летнего бармена Владимира Малину к 25 годам лишения свободы за поджог релейного шкафа в Московской области. При задержании и обыске его били электрошокером и пинали ногами. Также Владимира подвергали избиениям и пыткам в нескольких отделах полиции и в управлении МВД по городскому округу Домодедово, сотрудники МВД и ФСБ вынуждая Владимира сообщить им пароль от его личного телефона. Владимир Малина — этнический украинец. Его мать подтверждает это и сообщала в СМИ, что во время обыска сотрудники ФСБ изъяли из их домашней библиотеки всю литературу на украинском языке. Кроме того, она заявляла, что во время свидания с сыном в СИЗО ей запретили говорить с ним на украинском.
Владимиру Малине были вменены следующие статьи:
- ст. 275 УК РФ (государственная измена),
- ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 281 УК РФ (покушение на совершение диверсии),
- ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ (покушение на террористический акт),
- ст. 205.3 УК РФ (прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности),
- ч. 2 ст. 205.4 УК РФ (организация террористической группы),
- ч. 2 ст. 205.5 УК РФ (участие в деятельности террористической организации),
- ст. 281.2 УК РФ (финансирование диверсионной деятельности),
- ч. 2 ст. 281.3 УК РФ (содействие диверсии).
Примечательно, что в том же регионе за аналогичные действия другим обвиняемым вменялись значительно более мягкие статьи. Так, 16 марта 2024 года в той же Московской области был осужден 21-летний житель Наро-Фоминска Кирилл Кусакин к 12 годам лишения свободы за поджог релейного шкафа, совершённый в апреле 2023 года. Несмотря на то что срок немалый, он почти вдвое меньше, чем получил Владимир Малина за аналогичное преступление. Более того, Кусакин был осуждён лишь по одной статье — «совершение диверсии», без добавления обвинений в террористической деятельности или государственной измене.
8 ноября 2024 года в Приморский край город Артём был вынесен приговор двум этническим украинцам Роману Лозовому (52 года) и Кириллу Гетману (32 года). Их признали виновными в попытке поджога Артёмского военкомата в сентябре 2023 года. Согласно версии следствия Роман и Кирилл действовали по заказу украинских спецслужб через Telegram, и получили вознаграждение за поджог. По факту пожар практически не произошёл, единственное что слегка обгорел подоконник и оконная рама. Приговор: Лозовой — 14 лет строгого режима, Гетман — 13 лет По статье п. “а” ч. 2 ст. 205 УК РФ (теракт организацией или группой лиц). Первые 2 года — тюрьма, далее — колония строгого режима.
В октябре 2024 года Тихоокеанский флотский военный суд Приморского края (город Владивосток), осудил этническую украинку из города Лесозаводска Алену Каторжных к 14 годам колонии строго режима. По версии следствия Каторжных подожгла Первомайский районный военкомат в сентябре 2023 года.
3 мая 2024 года Первый Восточный окружной военный суд приговорил этнического украинца Ангела Николаева из Хабаровского края к 15 годам колонии строго режима. Ангела обвинили в поджоге здания Индустриального районного военного комиссариата, а также осквернение флага россии в местах захоронения погибших во время специальной военной операции.
При этом за аналогичные преступления в других регионах рф и совершенные гражданами рф не являющиеся этническими украинцами приговоры гораздо меньше. Так например Дмитрия Лямина в Ивановской области осудили за поджог военкомата на 8 лет лишения свободы. Дениса Попова в Ярославской области также на 8 лет лишения свободы.
Таким образом, складывается практика, при которой этническим украинцам нередко вменяются более тяжкие статьи, чем другим гражданам россии при схожих обстоятельствах. Это не единичные случаи. Более того, довольно часто этнических украинцев привлекают в нарушение всех законодательных и правовых норм рф.
Например, этническая украинка Нина Беляева, экс-депутатка Семилукского района Воронежской области и беженка, преследуемая за свою этничность и поддержку Украины, стала фигуранткой уголовного дела по обвинению в призывах к террористической деятельности. Но важен даже не сам факт возбуждения дела, а его содержание. По версии следствия, 5 апреля 2022 года Беляева дала интервью на YouTube-канале «Ростислав Продакшн», в котором, как утверждается, призывала к насильственным действиям в отношении президента российской федерации. Следствие квалифицировало это по ч. 2 ст. 205 УК РФ. Позднее, 8 апреля 2022 года, неустановленное лицо разместило ссылку на это интервью в интернете. В результате против Беляевой было возбуждено второе уголовное дело — также по ч. 2 ст. 205, несмотря на то что речь идёт об одном и том же видео.
Изложенные факты наглядно иллюстрируют, как в делах против этнических украинцев нарушаются даже самые базовые правовые принципы — осуществляются попытки привлечения к двойной ответственности за инкриминируемое деяние, выдвигаются заведомо ложные и/или несоразмерные обвинения, игнорируются обстоятельства, смягчающие вину, а украинская этническая принадлежность де-факто становится отягчающим фактором.
Правозащитное и международное молчание
Проблема усугубляется тем, что эти люди оказываются в полной изоляции. Большинство правозащитных структур внутри россии (включая даже значительную часть либеральной оппозиции) не считают таких людей политзаключёнными. Более того, их действия называют “радикализмом” или “терроризмом”, игнорируя политический и этнический контекст дел.
Международное сообщество также в большинстве случаев не признаёт этнических украинцев граждан рф, подвергающихся преследованиям, политзаключёнными.
В отличие от представителей российской оппозиции, за них не вступаются международные правозащитные структуры, им крайне редко предоставляют международную защиту или гуманитарные визы в безопасные страны «запада».
Этих людей не включают в списки на обмен, их не освобождают в результате дипломатических соглашений. Этнические украинцы, ставшие жертвами репрессий в рф, оказываются забытыми как внутри страны, так и за её пределами.
Даже в случае граждан Украины, попавших в этот список, крайне редко можно увидеть дипломатические ноты, запросы от омбудсменов или официальные заявления в их защиту. Что уж говорить о гражданах россии украинского происхождения, подвергающихся преследованиям по этническому признаку — они находятся в полной правовой и информационной тени.
К сожалению отсутствует и какая-либо поддержка со стороны Украины. В украинском информационном пространстве об этнических украинцах в рф вспоминают крайне редко и как правило только как о манкуртах, не замечая тех кто вынужден противостоять московской империи не имея для этого ничего кроме убеждений, тех кого уже пытают в российских тюрьмах за украинскую книгу, украинскую речь, за деятельную поддержку Украины, тех кто живёт где-то в третьих странах без перспектив легализации и под ежедневной угрозой депортации в рф.
Что может сделать Украина в сложившейся ситуации:
- признавать актами геноцида преследования в рф этнических украинцев с российским гражданством применяя универсальную юрисдикцию. Это можно делать в рамках уже возбужденного в 2022 году уголовного дела о геноциде.
- ввести дружелюбную миграционную политику по отношению к этническим украинцам, вынужденным бежать из рф;
- инициировать международную кампанию за освобождение тех этнических украинцев с гражданством рф, которые находятся в российских пыточных, называемых местами лишения свободы;
- способствовать широкому распространению информации об этнически мотивированном преследовании украинцев с российским гражданством;
- лоббировать включение этнических украинцев с российским и беларуским гражданством в обменные списки между рф, Беларусью и западными странами, а также включить их в список предлагаемого Украиной обмена “всех на всех” и при возможности в текущие обмены гражданских лиц.
- признать участников силового сопротивления внутри рф воюющими на стороне Украины и соответственно военнопленными;
Преследование этнических украинцев в россии это не побочный эффект войны, а сознательная политика запугивания, выжигания всего украинского из пространства рф. Это политика государственного террора, в которой украинское этническое происхождение становится приговором.
Украинское происхождение в современной россии всё чаще превращается в “вину”. И те, кто сегодня молчит об этом, становятся соучастниками геноцида.
Историческая перспектива: украинцы под давлением в СССР и РФ
Репрессии по этническому признаку против украинцев — не новость. Ещё в советские времена украинское население системно подвергалось ассимиляционному давлению, а нередко и прямым репрессиям.
В 1930-х годах, в период сталинского террора, тысячи этнических украинцев на Дальнем Востоке, Кубани, Поволжье и в Восточной Слобожанщине были арестованы, депортированы или расстреляны по обвинениям в «украинском буржуазном национализме» и «шпионаже в пользу Польши». Закрывались украинские школы, газеты и культурные организации.
После Второй мировой войны процесс ассимиляции лишь усилился. Украинский язык вытеснялся из образования, общественной жизни и СМИ. Вне Украины сохранение украинской идентичности несло значительные риски не только для самого человека, но и для его семьи. Особенно страдали те, кто сохранял культурные традиции или выражал политические взгляды, отличные от партийной линии.
В постсоветской россии давление не исчезло, а приобрело новые формы: отказ в регистрации украинских организаций, запреты на культурные мероприятия, преследование за использование украинской символики и языка. Всё это укладывается в долгую и тревожную традицию вытеснения украинской идентичности с территории рф.
Данные переписей населения наглядно показывают динамику численности граждан рф, считающих себя украинцами:
- В 2002 году украинцами себя называли 2 942 961 человек (2,03% населения);
- В 2010 году количество уменьшилось почти на миллион — до 1 927 988 человек (1,35%);
- В 2021 году — до 884 007 человек (0,6%).
Это резкое сокращение отражает не только ассимиляцию, но и атмосферу страха и давления, в которой живут этнические украинцы в россии. Многие вынуждены скрывать свою национальную принадлежность, в том числе путем добровольной смены фамилии на более «русские»: Тарасенко — Тарасов, Назаренко — Назаров, Осипенко — Осипов, Николайчук — Николаев. Иногда выбирают абсолютно новые фамилии — Мандровский становится Петровым, Коробенко — Марковым. Это не просто личный выбор, а свидетельство атмосферы страха, в которой украинцы вынуждены отрицать свои корни, язык и культуру, чтобы избежать давления со стороны государства или общества.
Преследование этнических украинцев в россии по признаку происхождения, языка, использования украинской символики и выражения взглядов — это не единичные репрессивные акции, а системное давление с признаками скрытой этнической чистки: людей не уничтожают физически, но изолируют, травят, дискредитируют, лишают каналов самовыражения и защиты, а порой и свободы.
Что можно сделать сейчас?
- Рассказывать об этом исследовании — в медиа, соцсетях, на международных площадках.
- Призывать Международные правозащитные организации включить этих людей в списки политзаключённых и добиваться их освобождения.
- Поддерживать развитие правозащитных инициатив, посвящённых защите этнических украинцев с гражданством рф.
Практически готовая структура для этого уже существует — это организация ЄУІЗ (Єднання Українців Історичних Земель). Ее представители обладают максимальной экспертизой и глубокой осведомленностью о положении дел на местах, что позволяет эффективно координировать работу по защите этнических украинцев, пострадавших от репрессий в рф. Эта организация является организацией объединяющей украинцев с разных исторических территорий рф. Организация максимально открыта для сотрудничества: она принимает как индивидуальных участников, так и целые объединения, стремящиеся к защите украинской идентичности, украинского языка и прав человека.
В настоящий момент данная организация совместно с украинской организацией Антиимперский Блок Народов (АБН) занимается выявлением и медийным освещением проблемы притеснения и фактов геноцидальных практик в отношении этнических украинцев граждан рф.
Володимир Дубовський, Александр Серпень, Алина Савельева
